Деспот, когда он становится им, превращает себя в раба.

Помимо того, что счастье – преходяще, оно рассчитано на одного, в редчайших случаях нисходит на двоих, почти никогда – на троих, и уж совсем немыслимо представить себе коллективное, муниципальное счастье.

Мне раньше нравились женщины с гневом в глазах. Возможно, мне просто хотелось сделать их счастливыми.

Я никогда никому до конца не смогу быть предана только по одной причине – чтобы не предавали.

Человек не может жить одними словами, в каком бы количестве он их ни проглатывал.