Нельзя оставаться в жизни, которая принимает такие странные, обижающие меня формы.

— Я научилась слушаться голоса рассудка. Жизнь и суровая, горькая нужда выучили меня.
— А меня жизнь выучила не верить словам.
— Так жизнь выучила вас весьма разумной вещи.

О Мандельштаме говорили критики, якобы он отгородился книжным щитом от жизни. Во-первых, это не книжный щит, а щит культуры. А во-вторых, это не щит, а меч. Каждое стихотворение Мандельштама — нападение.

Нет пророка без порока.

Философия господствует над протекшим и будущим; настоящее убивает её.