- Не думаю, что два человека могли быть счастливее, чем были мы.
- Всегда годы между нами. Всегда годы... Всегда любовь. Всегда часы.
- Когда я с ним, я чувствую... что живу. А когда я не с ним, все кажется таким глупым.
Товарищи! Сколько можно говорить: нас много, а ковер один. Сойдите с ковра.
— Всё-таки, где мой фэрз? — Если б еще знать, что это такое. — Ну, каралэва...
Мужики не танцуют! Вспомни Джона Уэйна, Арнольда Шварценеггера! Арнольд не танцует! Он даже ходит с трудом!
— Как прокурор я требую смертной казни, как адвокат — не нахожу смягчающих обстоятельств, и как судья — приговариваю тебя к отрубленива... к отрублеванию... Как это лучше сказать? — А ты как ни говори, все равно звучит плохо.
Кто за родину сражается, защищает дело правое — тот бессмертен в доброй памяти!
- Сейчас я вас солдатской пищей угощу! - Эгей, служивый, ты не шути! - А я и не шучу. Я вам из топора кулеш сварю!
— А ты никак колдун, дедушка? — Колдуем помаленьку.
- Папоротник зацвел! Скорее, загадывай желание! - Значит так. Перво-наперво, надо загадать... - ...корову! - Да погоди ты! Надо загадать... - ...коровку! - Отстань, ирод! Надо загадать... большую... - ...корову! - Тьфу, да чтоб ты провалился, ирод!
— Смилуйся, государыня рыбка. Что мне делать с проклятою бабой? — Что делать, что делать... Утопить и всё!
- Добро пожаловать в клуб Вандерсекс. Самый эротичный клуб в Амстердаме, где каждая ваша фантазия будет исполнена. - Тут ещё написано, что я бесплатную футболку получу! - Он американец.
- Послушай, я проехал всю Европу. За мной гнались голые мужики. Я ел гашишные пирожные без гашиша. Я видел, как брат запал на сестру. Я дал роботу по яйцам. Но всё это я сделал лишь для того, чтобы сказать тебе кое-что... Я люблю тебя, Мике.
— Он хороший специалист? — О, да! У него есть визитка.
Не верь, никогда не верь в нас. Мы лишь люди! Мы неизбежно разочаруем.
Я никогда не понимал, как женщинам удается избегать прямого ответа на любой вопрос.
- Капитан, за нами следят. - Интуиция, Спок? - Нет, капитан, за нами следят.
- Этот элемент дефектный, его мышление хаотично. - Этот элемент - женщина.
Власть и сострадание — опасная смесь.
В кругах, к которым я близок, мама, слово «козёл» очень обидное. Постарайтесь поэтому в разговоре его не употреблять.
Простить, мама, значит понять. А понять, что я Шниперсон, я не в состоянии!
Скажи ты мне как на духу, как русский человек русскому человеку: фактически, я что, Изя Шниперсон?!
- Отец, где мы?.. - Ну, положим, в России...
– Козюльский, вы не на Привозе! Здесь вам United States of таки Америка!
— Да-а, такого случая в истории криминальной России ещё не было... — Какого именно? — Чтобы в одной комнате собралось сразу шесть *удаков...
Хорошие новости распространяются быстро, а плохие — мгновенно.
На войну с песнями, под венец со слезами, и всё всерьёз, всё до конца.
Иногда нам кажется, что мы мстим жизни, а потом оказывается, что мы мстим сами себе.
— Слушай, что я делал? — В цирке у слона мячик отобрали...