Риторика – это способность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета.
Свойство тирана — отталкивать всех, сердце которых гордо и свободно.
Справедливость не есть часть добродетели, а вся добродетель, и противоположность ее — несправедливость — не часть порочности, а порочность вообще.
Счастье — это довольство собою.
У всякого человека в отдельности и у всех вместе есть, можно сказать, известная цель, стремясь к которой они одно избирают, другого избегают.
Хвалу и осуждение получают в зависимости от того, по принуждению или нет совершен поступок.
Хорошая книга — та, в которой сочинитель говорит то, что должно, не говорит того, что не должно, и говорит так, как должно.
Человек по природе — социальное животное.
Человек по своей природе есть существо общественное.
Покорность — лишь одна из масок ложной мудрости, тогда как подлинная вообще не пользуется ими, ибо покоится на уважении достоинства любого человека, а почитает лишь за положительные качества и пользу, приносимую другим.
Во всех изречениях точность приходится в известной мере приносить в жертву краткости.
Если ваш знакомый полагает, что между добродетелью и пороком нет никакой разницы, после его ухода нелишне пересчитать чайные ложки.
Надо быть круглым идиотом, чтобы писать не ради денег.
Истина в вине, а здоровье — в воде.
Ни дня без строчки.
От человека, которого невозможно развеселить, добрых дел ждать не приходится.
Писатель талантлив, если он умеет представить новое привычным, а привычное — новым.
Пока автор жив, мы оцениваем его способности по худшим книгам; и только когда он умер — по лучшим.
Там, где начинаются тайны, недалеко и до обмана.
У джентльменов не принято в разговоре задавать много вопросов.
Уважения мы оказываем ровно столько, сколько его требуют.
Человека можно уговорить, но развеселить против его воли нельзя.
У меня осталось только одно неудовлетворенное любопытство — смерть.
Молодёжная мода — плеоназм, старческой моды не бывает.
Бич человека — это воображаемое знание.
Бывают люди, которые поправляются от одного вида лекарств.
В каждом государстве жажда славы растет вместе со свободой подданных и уменьшается вместе с ней: слава никогда не уживается с рабством.
В начале всяческой философии лежит удивление.
Весло, погруженное в воду, кажется нам надломленным. Таким образом, важно не только то, что мы видим, но и как мы это видим.
Гнусное и бессмысленное занятие — без конца заниматься своими деньгами, находя удовольствие в их перебирании, взвешивании и пересчитывании! Вот, поистине, путь, которым в нас тихой сапой вползает жадность.