Едва ли найдется нечто, способное оказать такое влияние на читателя, как первая книга, проложившая путь к его сердцу.

Когда учтивые слова прикрывают грубые поступки, они похожи на рыцарский пояс на подлом рабе.

Лишь тот равен другому, кто это доказывает, и лишь тот достоин свободы, кто умеет завоевывать ее.

Все временно — любовь, искусство, планета Земля, вы, я. Особенно я...

Кто может, делает; кто не может, подвергает критике того, кто может.