— Мне тридцать пять лет, но жизнь окончена. Меня не обманывает больше любовь. Что может быть грустнее, когда увидишь вдруг, что рыцарский конь — деревянная лошадка? И вот ещё много, много времени нужно тащиться по этой жизни, как труп...

— Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

Всякое общество в отношении идей отстает от ученых на несколько поколений.

Ах, до чего же завистливы и глупы люди, которые твердят, что деньги — это еще не все!

Живите, пока вам не будет сто лет, и, может, последний голос, который вы услышите, будет моим.