Чрезмерная власть вредит самой себе.

Философия не нуждается в покровительстве, внимании и симпатии масс. Она свято хранит свою совершенную бесполезность, чем и освобождает себя от необходимости считаться с человеком массы.

Мы всегда готовы стоически переносить несчастья ближнего.

— Мы думали он человек, а он журналист!

Мир, в котором мы живем не имеет ничего общего с разумными причинами.