Бедствие подобно кузнечному молоту: сокрушая, куёт.
Мир — это доброкачественная загадка, которую наше сумасшествие делает ужасной, ибо старается разрешить её исходя из собственных представлений.
Нельзя доверять той силе мнений, которая состоит только в многочисленности их последователей.
Нет привязанностей — нет страданий.
Оптимист приглашает меня раскрыть глаза и посмотреть на мир, как он прекрасен в озарении своего солнца, со своими горами, долинами, потоками, растениями, животными и т. д. Но разве мир — панорама? Как зрелище — все эти вещи, конечно, прекрасны; но быть ими — это нечто совсем другое.
Хорошо сказать трудней, чем хорошо сочинить.