Наш ум ночью и он же при свете дня — совершенно разные инструменты мысли.

Я поняла, что куда больше подхожу для того, чтобы целоваться на солнце с юношей, чем для того, чтобы защищать диссертацию.

Высокое положение оказывает на нас столь разлагающее влияние, что отказываться от него не в нашей власти.

Перестав быть спорной, мысль перестаёт быть интересной.

Естествоиспытатели открывают всего лишь то, что есть, а гуманитарии — даже то, что могло бы быть.