Самое малое, но не безотрадное утешение в старости — это то, что мы до нее дожили.

Я никогда не мог до конца поверить, что дела, заполнявшие человеческую жизнь, — это нечто серьезное.

Сама по себе жизнь ничего не означает до тех пор, пока не появляется человек, пытающийся истолковать её явления.

Когда воля безмолвствует, поднимает голос инстинкт; когда отсутствует душа, свои права заявляет тело.

Моя двусмысленная слава
И недвусмысленный талант!