За полгода до смерти Гумилев сказал мне: "В сущности, я неудачник". И еще: "Как я завидую кирпичикам в стене – лежат, прижавшись друг к другу, а я так одинок".

Жизнь должна или создавать формы, или развиваться в определенных формах.

Я изо всех сил кутал хрупкую цитадель своего тела в серый пиджак. Сквозь зеркала моей души я весьма враждебным образом поглядывал по сторонам.

Все примеры бесполезны, и всегда вокруг эшафотов будут залезать в карманы.

Авторитет происходит от разума, а не разум от авторитета; всякий авторитет, не признанный разумом, — бессилен.