Все-таки странная это штука – человеческое сердце. Разве поймешь, по каким законам рождаются в нем привязанности.

Владевшее мною тогда настроение как бы воплощалось в вечном, легком волнении океана, объятом задумчивым, нежным покоем.

Когда я в одиночестве, я не более одинок, чем на людях.

Когда ежегодные выборы прекращаются, начинается рабство.

Близость заключается не в уменьшении отдаленности.