Наибольший ужас внушает человеку расширение горизонтов сознания.
Влюбленные все таковы: то очень слепы, то слишком прозорливы.
Ничто так не помогает людям поладить друг с другом, как общие лишения.
У меня тоже была чумовая «трехдневка». В первый день я возненавидел долбаную работу. Во второй день я возненавидел долбаного босса. На третий день я кому-то вломил и был вынужден начать все сначала.
Многие бумеранги не возвращаются. Выбирают свободу.
И я, склонясь под бременем неправды, Дышать был должен воздухом чужбины, Был должен есть изгнанья горький хлеб.