Ничто так не истощает, ничто так не способствует малодушию, как безумная надежда.
— А вы неплохо смотритесь. Давно вы вместе? — Минут двадцать примерно.
Евреи всегда умели запутать любой вопрос и придать политический характер совершенно не политическим событиям.
Чем больше все меняется, тем больше все остается тем же самым.
Идеал жизни, из которой исключена тревога, представляет собой искаженное восприятие жизни.
Нет ничего печальнее и безмолвнее осенних сумерек.