Я наслаждаюсь собственной злостью — такое у меня единственное хобби.

Я перед ним виноват, следовательно, я должен ему отомстить.

Я бы хотел, чтобы жизнь была больше похожа на мыльные оперы. Тогда, в случае драматической ситуации, можно было бы уйти в затемнение и продолжить просмотр со следующей сцены.

В минуту смерти эгоизм претерпевает полное крушение. Отсюда страх смерти. Смерть поэтому есть некое поучение эгоизму, произносимое природою вещей.

Если бы наши истории заканчивались хорошо, мы все лежали бы сейчас под могильными плитами.