Насколько я понимаю христианство, оно было и остаётся откровением. Но почему в результате смешения мириадов басен, мифов и легенд с иудейскими и христианскими откровениями возникла самая кровавая из когда-либо существовавших религий?

Любовь прочна, когда она безнадёжна.

Искренность не может быть смехотворной и всегда заслуживает уважения.

Наше молчаливое счастье было так велико, что тихое, глубокое молчание выражало его лучше всяких слов, пустых и ненужных...

Когда при нем смеялись и он не знал, о чем, он всегда предполагал, что это над ним смеются.