Унынье — не лекарство, горький яд, когда поправить дело невозможно.

Он так похож на парламентскую оппозицию, которая говорит «нет», а делает «да».

Всегда и во всём откровенной быть не хочу, так как у каждого есть своя «святая святых».

Жилище становится Домом только благодаря женщине или присутствию ребёнка.

Надо быть круглым идиотом, чтобы писать не ради денег.