Никак не мог удержать в памяти его внешность: он — воплощение апатии, уклоняющейся от жизненных сражений, воплощение обыденности, навевающей тоску на себя и других.

Смерть — это покой, но мысль о смерти не даёт нам покоя.

Подлинная красота, которой обладают шахматы, более чем достаточна для удовлетворения всех мыслимых требований.

Когда люди так много себя отдают посторонним, не знак ли это, что им уже меньше нужно друг от друга?

Закрой за мной дверь, я ухожу...