Человек больших страстей не умеет притворяться.

За человеческой расой числится не так уж много разумных свершений.

Ограниченным людям служит большим утешением сознание, что и те, которые умнее их, при случае поступают не лучше, чем они.

Жертвы привычки, забыв сделать что-то, что, по своему обыкновению, проделывают каждый день, ощущают непонятное беспокойство, они словно выбиты из колеи и воображают, что в них говорит голос совести, понуждающий восстановить нарушенный порядок.

Чему только ни поверят люди, когда им этого очень хочется.