— Эй! Какой он? — Бог? Одинокий, забавный и с отличным чувством юмора.
Мы оставим этот мир столь же глупым и столь же злым, каким застали его.
Наша неспособность понять еще не означает, что объяснения не существует.
Я пью не больше, чем губка.
Не знает тот, кто клевету плетет, Что клевета потом его убьет.
Не нужно быть Цезарем, чтобы понимать Цезаря.