Уединение он ценил превыше всего — единственное и последнее, что осталось у него от свободы.
Как это так выходит, что у человека умного высказанное им гораздо глупее того, что в нем остается?
— А далеко до этой комнаты? — По прямой — метров двести. Да только тут не бывает прямых.
Те, кем мы пытаемся казаться, и те, кто мы есть — совершенно разные люди. И чтобы выжить, необходимо притворяться.
Посредником между головой и руками должно быть сердце.
Меня можно продать, но нельзя купить.