День был мутный, неопределенный, будто время не продолжалось дальше.
Свет превыше всякой цены.
Идут десятилетия — и безвозвратно слизывают рубцы и язвы прошлого.
Даже в одиночку можно совершать чудеса.
Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.
Взгляни на собственную веру: в её пустыне Увидишь мерзость лицемерия и срам гордыни.