Меня спрашивают о моих делах только для того, чтобы иметь право рассказать мне о своих напастях.

Жизнь, пускай полная страданий, все же дорога мне, и я буду ее защищать.

Только душевнобольные принимают друг друга совершенно всерьез.

Доводы против безумия проваливаются с мягким шуршащим звуком, слой за слоем.

Все, что считается нормальным, безусловно, всегда на поверку оказывается глубоко извращенным.