Норма отношений к нашим близким — прощать без конца, так как мы сами бесконечно нуждаемся в прощении.

— Зачем ты ел пластилин?
— А я его с сахаром ел!

О, только тот, кто сам побеждён, знает, как выглядит это слово! Оно похоже на вечер в доме, в котором испортилось электрическое освещение, на протухшее постное масло, на матерную ругань женскими голосами в темноте. Словом, оно похоже на смерть.

Мы все завернуты в шелковые одеяния заблуждений, и нам инстинктивно кажется, что эти заблуждения необходимы для жизни.

Есть вещи, о которых мы имеем представление, и не имеем; а между ними — Двери.