Дальше сорока лет жить неприлично, пошло, безнравственно!
Для меня одобрять — значит любить. На более слабое чувство я неспособна.
Только неверующих шокирует богохульство; богохульство — признак веры.
Ревность знает больше, чем правда.
— Мне тридцать пять лет, но жизнь окончена. Меня не обманывает больше любовь. Что может быть грустнее, когда увидишь вдруг, что рыцарский конь — деревянная лошадка? И вот ещё много, много времени нужно тащиться по этой жизни, как труп...
Я больше доверяю ножницам, чем карандашу.