Он не видел единой прямой дороги к истине, а видел тысячу дорог к тысяче истин, далёких и сомнительных.

Есть женщины, созданные для любви, и есть женщины, созданные для интриг.

Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи.

Я пишу для себя, а печатаю для денег.

Он — воплощенное уродство. Но ведь душевное уродство не разобьешь.