Даже Сократ, мудрейший из людей, нуждался в предостерегающем демоне.
Никак не мог удержать в памяти его внешность: он — воплощение апатии, уклоняющейся от жизненных сражений, воплощение обыденности, навевающей тоску на себя и других.
Только при величии души можно, шагая по грязи, не испачкаться.
Человек занимает среднее место между богами и животными, временами достигая божественных высот, временами уподобляясь зверям. Большинство же так и остается посредине.
Раны, нанесенные собственной рукой, всегда заживают медленнее, чем те, которые нанес противник.
Для измены родине нужна чрезвычайная низость души.