Любое государство как таковое есть машина, а у машины нет разума, по каким бы разумным образцам она ни была построена — и вся надежда на то, что, как и всякая машина, оно не вечно.

Я ко всему могу относиться равнодушно. Равнодушно — но не одинаково.

Шиллер считал, что против человеческой глупости бессильны даже боги.

Великий долг современного мыслителя — выслушать сердце и легкие цивилизации.

Чтобы нравиться, не обязательно быть правым.