Она была грациозна, как бегемот.

Общепринятое представление о любви можно определить как состояние интенсивного, но невыявленного полового влечения, которое сочетается с искренним желанием добра объекту, даже в ущерб самому себе, но предпочтительно в ущерб кому-нибудь другому.

Нет больше нужды ни в божественной любви, ни в преданности. Я не жалею о веке чувствительных душ. Всё имеет смысл: и презрение, и милосердие, поэтому я оставляю за собою место на вершине ангельской лестницы здравого смысла.

Техническая экспансия человечества является сублимированным, то есть принявшим культурно приемлемые формы, садизмом.

Общество есть коллективная неискренность.