Есть такая степень страха, когда человек сам делается страшен. Кто боится всего, тот уже ничего не боится.

Если бы наши солдаты понимали, из-за чего мы воюем, нельзя было бы вести ни одной войны.

И ностальгия уже не та, что была раньше.

Мелкий воришка из меня никакой. Мне нужен весь мир или ничего.

Дурацкий выдался день. Дурацкий день дурацкого месяца дурацкого года.