Правда ранит, но в конечном счете это лучшая альтернатива.

Подлинная память о любой войне живет всего три поколения: чтобы чувствовать, что она значила для тех, кто ее пережил, нужно слушать об этой войне от них самих — сидя у них на коленях.

Права и обязанности неразделимы.

- Когда-то ты считал меня красивой...
- Дорогая! С тех пор ты очень подурнела!

Я опять одинока, одинока, как никогда, у меня ничего нет, ничего нет от тебя: ни ребенка, ни слова, ни строчки, никакого знака памяти, и если бы ты услышал мое имя, оно ничего не сказало бы тебе.