Если я научу надеяться хотя бы одного человека, значит, я жил не напрасно.
Слава, видимо, не имеет ни безошибочного глаза, ни совершенного слуха, и поэтому нередко впадает в ошибки.
Они сделали его отвратительным и ненавидели его за то, что он стал тем, чем они его сделали.
Лицо отделывается изнутри — душой, снаружи — жизнью. В каждом лице можно различить и то, и другое.
Истинно великих людей определяет, кроме всего прочего, ещё и то, что они терпят рядом с собой инакомыслящих. Гитлер и Сталин по этой статье не проходят туда.
На самом деле, «красивые» меня не так уж и привлекают. Больше мне нравятся разговорчивые. Разговорчивые люди что-то делают. Красивые — чем-то являются. Это не обязательно плохо, просто мне непонятно, чем именно они являются.