Я себя часами не утруждаю — не человек для часов, а часы для человека.

Небольшая доза тайны будоражит мозг, ее чрезмерность притупляет.

Человек может то, что он должен, и, если он говорит «я не могу», значит он не хочет.

О каждой книге можно сказать, что она предназначена всем и никому.

Что касается живописи, цель у меня одна: как можно точнее запечатлеть конкретные образы Иррационального.