В искусстве есть некий предел совершенства, как в природе — предел благорастворенности и зрелости.

Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.

Мир позволяет тебе делать что хочешь, если ты способен ужиться с последствиями твоих поступков.

К высокому положению ведут два пути: протоптанная прямая дорога и окольная тропа в обход, которая гораздо короче.

Друзья приходят и уходят, а враги имеют свойство накапливаться.