Исчезает честь — остается формула чести, что равносильно смерти чести.
Оставшиеся снаружи переводили взгляды от свиней к людям, от людей к свиньям, снова и снова всматривались они в лица тех и других, но уже было невозможно определить, кто есть кто.
Легко устать даже от одной страницы, где каждая фраза блещет остротами.
Нет ничего утомительнее человека, который всегда прав.
Виновный должен искупать свой грех не лёгкой безболезненной смертью, а терзаниями разума.
Никакого культурного воспитания детей у нас не было. Существуй у нас такое воспитание, мы бы имели перед глазами его результат в виде культурно воспитанных взрослых.