Метафизик полагает, что хорошо обучил своих читателей, когда причинил им мигрень.

Мне понадобилось полвека, чтобы понять, что у меня нет литературного дара. Увы, к тому времени я уже был известным писателем.

Высшие звания дают возможность делать такие вещи, которые было бы хорошо не иметь возможности делать.

Ах, красота — это страшная сила!

Россия походила на огромную машину, которой необъятная сила не знала границ; не доставало лишь маятника, который бы этой силе дал равномерное движение.