Я всегда разделял людей на две категории: на тех, кто понимает смерть как конец жизни тела, и тех, кто видит в ней начало новой жизни духа.

Днём любят за достоинства, а ночью — за пороки.

А она — подошла к столу и выпила, залпом, ещё сто пятьдесят, ибо она была совершенна, а совершенству нет предела.

Вмешаться в драку или защитить слабого — это, по-моему, проявление храбрости. Сидеть над трудными уроками, хотя глаза уже лезут на лоб от усталости и от злости на самого себя, и не вставать до тех пор, пока не добьешься своего, — проявление силы воли. Может быть, это все выглядит не героически, но именно так, думается мне, и воспитывается характер.

Волчонок, посаженный на цепь, в конце концов всегда порвёт её, загрызёт хозяина и убежит в лес.