Мы, взрослые люди, на детское горе смотрим очень легко. Разве может ребенок серьезно страдать? Разумеется, большинство читателей ответит: нет. Между тем бывают детские печали глубокие и сильные, печали, за которые человек не может простить и тогда, когда станет взрослым.

Государство и все человеческие установления, являющиеся голым средством, стремятся к своему собственному уничтожению.

Нельзя говорить, что мы можем спасти любого, если мы не будем спасать каждого.

Проницательность ума — это совесть остроумия.

Любовь ревнивые замки
Волшебной силой отмыкает.