Хорошие люди приносят много вреда в жизни. И главный вред в том, что они придают такое огромное значение дурному.

Не смерти я боюсь — я боюсь жизни. Это она, сколько себя помню, всегда казалась мне непостижимой и страшной. Полная моя неспособность в нее вписаться.

После того, как ты вкусил мировой славы, предложение «жить как все» выглядит форменным издевательством.

— Рядом свои, и наше дело правое.

На вечные вопросы обычно даются временные ответы.