Сатира, подобно острой бритве, должна ранить почти незаметным или едва ощутимым прикосновением.

– Я знаю, о чем ты думаешь, но это не так. Наоборот, если бы это было так, то и могло бы быть так, а если бы это могло быть, то так бы оно и было. Все логично.

Такая невинность в таком мраке жизни, такая чистота объятий, такое предвосхищение любви возможно только в детстве, и все, что есть на свете великого, меркнет перед величием младенцев.

Борьба с другими — только уловка, чтобы избежать внутренней борьбы.

Презрение к интеллекту имеет страшное свойство: оно не может оставаться пассивным.