Я любил свою кровать и мог оставаться в ней часами, даже днем, натянув покрывало до самого подбородка. Здесь было спокойно, никаких происшествий, никаких людей, ничего.

Возможные горести превратить в радости — значит уметь жить.

— Не могу смотреть, как люди плачут. Я сразу вспоминаю, насколько мне на них наплевать.

Самая большая потеря для человека — несчастное детство.

Любовь придает смысл тому, что мы делаем, хотя на самом деле этого смысла нет.