Странно ощущать, что жизнь твоя вдруг полностью меняется: сидишь, ничего особенного не делаешь и чувствуешь, как всё переворачивается вверх дном.

Почти все люди хорошие, когда их в конце концов поймешь.

Не позволяй себе огорчаться неудаче, если ты сделал всё, что мог.

Я хотел бы иметь детство Набокова, отрочество Толстого, молодость Казановы, зрелость Наполеона... Но тогда у меня была бы старость шизофреника.

Особое благоразумие состоит также и в том, чтобы совершать поступки не из одного лишь желания их совершить, а напротив, по велению долга и здравого смысла.