Оптимист думает, что это лучший из существующих миров. Пессимист боится, что это правда.

Против необходимости не властны и сами боги.

Наиболее суеверные эпохи всегда были эпохами самых ужасных преступлений.

Эта страсть достаточно сильна, чтобы вызвать во мне влечение к нему, пожалуй, даже чтобы заставить меня вообразить, будто я люблю его.

Без искусства двусмысленности нет подлинного эротизма. Чем двусмысленность сильнее, тем напряжённее возбуждение.