Великие труды вознаградятся голодом, и жаждой, и тяготами, и ударами, и уколами, и ругательствами, и великими подлостями.

Я себя часами не утруждаю — не человек для часов, а часы для человека.

И прежде, когда я встречался с Анни после перерыва, пусть мы не виделись всего сутки, пусть это было наутро после сна, я никогда не умел найти слов, каких она ждала, какие подходили бы к ее платью, к погоде, к последним фразам, которыми мы обменивались накануне.

- Мы весело и непринуждённо волокли свою лодку вслед за ними...

Все мы несем в себе шизоидные задатки.