Человек, пожалуй, способен и об утраченной грыже затосковать.
Братство нельзя истребить потому, что оно не организация в обычном смысле. Оно не скреплено ничем, кроме идеи, идея же неистребима.
Все бедствия не стоят того, чтобы, желая избежать их, стремиться к смерти.
Писатель должен наблюдать жизнь взглядом, который не застилают ни предрассудки, ни тщеславие.
У меня личный пессимизм, а оптимизм — весь социальный.
Дерьмом можно интересоваться только в том случае, если оно является удобрением.