Дело в том, что у каждого из нас есть странности, причем странности эти, под какой бы личиной мы их ни прятали, куда более многочисленны, нежели мы хотели бы признать перед другими и даже перед собою.

Я не мигал вам, сударь, это вам послышалось.

Революцию действительно революционную осуществить возможно не во внешнем мире, а лишь в душе и теле человека.

Потерянный день — тот, на протяжении которого вы ни разу не засмеялись.

Мир — страшное место. И оно становится еще страшнее, когда остаешься в нем один.