Я уже давным-давно такой взрослый, что самому страшно.
Нет ничего более похожего на одиночество власти, чем одиночество славы.
Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы...
Где законы могут быть нарушены под предлогом общего спасения, там нет конституции.
Страдание необходимо до тех пор, пока вы не понимаете, что можете обходиться без него.
Любовь не прощает ничего либо прощает все.