Из раны, неудачно нанесенной деспоту, льется море чужой крови.

Мы редко любим тех, кому не можем хоть в чем-то завидовать.

Вот этого как раз и надо остерегаться — изображать странным то, в чем ни малейшей странности нет. Дневник, по-моему, тем и опасен: ты все время начеку, все преувеличиваешь и непрерывно насилуешь правду.

Чем отличается гений от безумца? Безумец видит, но не знает, как это передать. А гений может это переложить на язык сознания.

Важно не то, сколько времени ты прожил, а то, насколько содержательно ты прожил; сколько смысла вобрала в себя и передала потомкам твоя жизнь.