Даже если вечно будут мучить меня любовь, люди, устройство мира, я ни за что не откажусь от моего закона — радости.

Память верит раньше, чем вспоминает знание.

Человек, как известно, честнее всего лет до двадцати пяти, в это время он органически не выносит несправедливости, однако молодёжь слишком прислушивается к себе, ей ново и любопытно наблюдать, как новыми чувствами (она уверена, что подобное не испытывал никто) полнится душа.

Страсть даже мудрых оглупит:
Сам Соломон с умом расстался,
Самсон, ослепший, с толку сбит, -
Блажен, кто страсти не поддался.

Так и должно быть, ибо так и должно быть.