Голос, которому нечего говорить, мало-помалу забывает о том, что можно петь.
Одно дело помыслы, а другое — реальность, между этими понятиями лежит пропасть.
Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.
Запрет любви в тебе живёт, И ты от этого страдаешь. Возможно, славный миг придёт, Душой своей в тепле оттаешь.
Словно какая-то исполинская сила давила на тебя – проникала в череп, трамбовала мозг, страхом вышибала из тебя свои убеждения, принуждала не верить собственным органам чувств. В конце концов, партия объявит, что дважды два – пять, и придется в это верить.
Надо полагать, что никакая доброта не может идти дальше, чем справедливость, – иначе мы рискуем ввести ложное понимание доброты.